Трудно найти в России более популярного и успешного художника, чем Никас Сафронов. Его обожают и критикуют, любят и ненавидят. Но вряд ли хоть кого-то творчество мэтра современного искусства оставит равнодушным. Об источниках вдохновения, ремесле и профессионализме читайте в эксклюзивном интервью Никаса Сафронова журналу Pro.

 

— Никас Степанович, Ваша выставка – знаменательное событие для Ессентуков. Каково Ваше впечатление о ЦК «Симпэкс», где она стартовала?

— Я уверен, что если организаторами был выбран именно этот выставочный центр, значит, решение верное. Да, я стараюсь выставлять свои работы в основном в государственных музеях. И не в последнюю очередь для их поддержки, потому что зачастую именно после крупных выставок власти начинают обращать на музеи внимание, вплоть до решения назревших финансовых проблем. Однако в городах с относительно небольшим населением выставки нередко проходят в частных галереях. И, впрочем, не так и принципиально само место. Важно проявлять уважение к жителям, давать им возможность знакомиться с современным искусством так, чтобы людям не пришлось для этого тратить много времени, куда-то ехать. Для меня как художника ценно, чтобы мои работы знала не только элита или те, кто профессионально разбирается в искусстве. Я хочу, чтобы свое мнение составили и люди, в повседневности далекие от творчества.

 

— К сожалению, сейчас многие перестали посещать музеи, галереи…

— Да, считая, что там из современного можно увидеть только так называемые инсталляции и перфомансы, порой весьма спорные с позиции их культурной значимости. А с работами известных классиков мы все более-менее знакомы и так. Но ведь жизнь не стоит на месте, и в искусстве постоянно появляется что-то новое, стоящее внимания. Да, к сожалению, не секрет, что подчас истинные ценности остаются в тени, а тиражируется то, что я называю суррогатом. Тиражируется за счет громкой рекламы, больших вложений в пиар, скандалов в СМИ. Конечно, можно разбить историческую реликвию и дать громкое название осколкам, показать зрителям интимные части тела под видом протеста против режима … И этим привлечь внимание. Секундное внимание. А для дальнейшей раскрутки потребуется еще больше скандалов, ажиотажа. Отсюда и складывается впечатление, что нынешнее искусство, мягко говоря, странное.

 

— Но ведь всегда на слуху те, кто удивляет, шокирует…

— Я родился в СССР, учился в этом государстве, потом обучался и на Западе. То есть знаком с разными подходами. Но для меня важно показать современное искусство через персональное знание своего ремесла, истоков, школ и тенденций. В любую эпоху были художники, считавшиеся новаторами, шокирующие зрителей. Но не стоит забывать, что и Иероним Босх, и Питер Брейгель имели за плечами внушительную школу. И открывая новые тенденции, они оставались профессионалами, прекрасно разбирающимися в техниках. А Пабло Пикассо? Основоположник совершенно нового направления, он, тем не менее, блестяще окончил школу изящных искусств, потом Королевскую академию. Его мастерство основано на неоспоримом знании предмета, и вряд ли без этого знания он получил бы такую известность. Так вот, еще раз повторю: по моему мнению, настоящий художник должен быть профессионалом. Только тогда он сможет создать что-то действительно значимое.

— Нынешняя выставка в Ессентуках называется «Лето впечатлений». Почему?

— Экспозиции всегда готовятся исходя из особенностей региона, где они будут представлены. Я очень люблю регион Кавминвод, здесь живут мои друзья и знакомые, я неоднократно приезжал сюда на мероприятия. И поэтому знаю, как тут по-южному солнечно, ярко. И выставка как раз приурочена к началу чудесного времени года – лета, поры отдыха и отпусков, когда все мы заряжаемся энергией и впечатлениями перед холодными месяцами. Отсюда и «Лето впечатлений».

— Всегда было интересно, а как к художнику приходят идеи его работ? Ваши настолько поражают разнообразием!

— Кто-то считает, что достаточно один раз найти свою «фишку» и всю жизнь нестись на одной знакомой волне. Я так не могу, мне хочется экспериментировать, пробовать новое. Я постоянно меняю свои картины, что-то дописываю, иногда переделываю старые полотна, и они возвращаются к зрителям кардинально обновленными. Даже переписываю студенческие работы. Кстати, именно так возникла серия «Река времени». В юности я написал несколько копий с оригиналов из музеев Европы. А уже много лет спустя использовал их для создания портретов героев нашего времени: политиков, актеров и так далее. Будучи вписанными в старые холсты, они дали тем работам новую жизнь, а зритель увидел медийных личностей с совершенно другой стороны. И людям настолько понравилась идея, что некоторые знакомые уже сами стали просить изобразить их в виде францисканца, короля, кардинала… Что интересно, параллельно и совершенно независимо от меня фотографии в таком стиле делала Екатерина Рождественская: она искала людей, похожих на исторических личностей и «вписывала» их в картины известных мастеров. На самом деле, часто одинаковые идеи приходят в голову разным людям, порой даже в разных уголках земли. И это значит, что пришло время для их воплощения. Колесо тоже изобрели не в каком-то одном месте. Схожие приспособления появились у нескольких народов.

Но вернемся к переосмыслению картин. Еще раньше по похожему принципу появилась серия «Люди-кошки». Только тогда в копии старых мастеров я вписал 15 кошек моей сестры. Каждая из них обладала своими привычками, характером и стала героиней картины. Конечно, это был юмор, ирония. Очень скоро практически аналогичную идею я встретил в коллекции известных мировых кутюрье. Не буду стопроцентно утверждать, что она позаимствована у меня, но факт остается фактом. И такой момент. В школе я нарисовал одноклассницу, изобразив ее с четырьмя глазами. У нее были особенности зрения, которые хотелось перенести на холст, но не зная, как это лучше сделать, я использовал такой прием. Уже много лет спустя доработал и выставил картину, назвав ее «Неуловимая». И увидевшая ее Лада Дэнс сказала, что буквально недавно видела похожее в США. Но я-то свое полотно написал за 35 лет до этого! И тогда не было такого обширного информационного поля, как сейчас.

 

— А в какой момент Вы осознали, что состоялись как художник?

— Я до сих пор считаю, что мне еще многое нужно узнать, открыть для себя. А вот с тем, чтобы «почувствовать» себя художником, связана интересная история. Я учился на курсе третьем-четвертом, мои работы уже хорошо продавались, но я не придавал этому значению до одного сна. Мне приснилось, что я гуляю по галерее, где выставлены мои картины, которые в реальности еще не написаны. И со мной ходит какой-то взрослый мужчина и критикует: мол, здесь свет не такой, тут графику нужно исправить. А я с ним не соглашаюсь. В какой-то момент оборачиваюсь и понимаю, что человека рядом нет. Поднимаю голову вверх: вижу улетающего Леонардо да Винчи, который бросает мне шар. Я шар поймал и, не поверите, именно в этот момент ощутил себя художником. К слову, мои сны всегда яркие, сюжетные, и нередко идеи для картин я черпаю именно из них.

 

— Можно задать банальный вопрос о ближайших планах?

— Рисковать, меняться, обновляться. Творить, организовывать выставки, посещать разные города нашей страны. Все в привычном режиме. Времена не выбирают, но художник всегда принадлежит миру, а не политике и бизнесу. Я рад, что народ меня любит, и у моих выставок высокая посещаемость. И надеюсь, что и дальше буду интересен людям и смогу находить новые идеи, источники вдохновения.